Алекс Пескар — программист и предприниматель родом из Румынии, который уже более десяти лет живёт на юге Республики Молдова. Здесь он создал семью и продолжил профессиональную деятельность, используя накопленный опыт в программировании для разработки решений, отвечающих конкретным потребностям местного бизнеса.

Он — создатель SmartCafé, программы, появившейся из-за проблемы, с которой он столкнулся в собственном бизнесе, и сегодня используемой более чем 100 клиентами по всей стране. Мы рады видеть его среди участников Business Breakfast, Cahul Business Summit, тренингов и других инициатив Центра Inotek.

В рассказе ниже Алекс своими словами говорит о профессиональном пути, начале SmartCafé и своей связи с Республикой Молдова.

„Всё началось с компьютера с зелёным экраном

Моя история в ИТ началась примерно в 1995 году, почти из любопытства. Я был ребёнком и записался в Детский клуб в Хунедоаре, Румыния. Это было место, где можно было открывать для себя самые разные вещи: клуб был разделён на несколько секций, одна из которых была посвящена программированию.

Тогда я ещё не знал, что этот выбор, сделанный скорее из любопытства, повлияет на всю мою профессиональную жизнь. Лаборатория программирования была местом, которое сегодня показалось бы почти пришедшим из другого мира. Там было около 25 компьютеров. Я говорю «компьютеров», потому что с сегодняшней точки зрения они сильно отличались от того, что мы представляем, когда слышим это слово. По сути, это были клавиатуры, подключённые к чёрно-белым мониторам, а изображение, насколько я помню, имело скорее зеленоватый оттенок.

Мониторы работали часами и выделяли тепло, которое я помню до сих пор. Но сильнее, чем тепло, мне запомнился запах нагретой пыли, который спустя столько лет словно отпечатался в сознании. Если бы сегодня я вошёл в комнату и почувствовал точно такой же запах, то, наверное, на несколько секунд снова оказался бы в той лаборатории в Хунедоаре. Именно в этой лаборатории при городском Детском клубе я начал программировать на QBasic.

У меня не было интернета. Не было обучающих видео на YouTube. Не существовало Google и, разумеется, ChatGPT. У меня был компьютер, учебник и любопытство: хотелось увидеть, что произойдёт, если изменить строку кода. И, возможно, именно в этом заключалась вся прелесть. Нельзя было сразу найти готовый ответ. Нужно было пробовать, ошибаться, менять и пробовать снова.

Примерно через два года после того, как я пришёл в этот клуб, произошло нечто невероятное для меня. Лаборатория получила компьютер Pentium I. Для человека, привыкшего к компьютерам в лаборатории, эта машина казалась почти чудом. У неё был системный блок, отдельная клавиатура и цветной монитор. Цветной монитор. Сегодня это кажется банальной деталью, но тогда сидеть перед ним и просто наблюдать, как он «работает», было настоящим удовольствием. На компьютере была установлена Windows 95, а я начал работать с Pascal.

Pascal был одним из языков, на которых выросли целые поколения программистов. Для меня это был период, когда я начал понимать, что компьютер — не просто машина, на которой работают созданные другими людьми программы. Я сам мог сказать ему, что делать. И это казалось мне невероятно увлекательным.

В тот же период мне посчастливилось получить ещё один компьютер из Соединённых Штатов Америки. Доступ к этим компьютерам значил для меня очень многое. Я мог экспериментировать, учиться самостоятельно и постепенно развивать навыки программиста.

Затем последовали годы, в течение которых программирование становилось для меня всё важнее. Я участвовал в олимпиадах и конкурсах по информатике — как по программированию, так и по прикладной информатике. Дело было не только в написании кода. Нужно было находить решения, мыслить логически, смотреть на проблему под другим углом и не сдаваться, если первое решение не срабатывало.

Позже, во время учёбы в университете, программирование стало частью гораздо более необычного проекта. Для магистерской работы я использовал полученные знания, чтобы разработать программу для расчёта посадки на Марс. Да, на Марс. Это может звучать необычно, но у проекта была вполне конкретная цель: проведение симуляций, необходимых в области физики. И меня до сих пор радует, что эта программа не осталась всего лишь магистерской работой, забытой в архиве. Она и сегодня используется на физическом факультете Западного университета Тимишоары для моделирования посадки на Марс.

Для меня это был один из тех моментов, когда я понял, что программирование может быть гораздо большим, чем просто работа. Можно создать то, чем будут пользоваться другие люди. Можно взять проблему из области, о которой ты, возможно, знаешь не так много, и создать инструмент для её решения.

Молдова

Примерно в 2012 году я приехал в Республику Молдова. После всех лет, на протяжении которых программирование было частью моей жизни, я начал смотреть на происходящее здесь с другой точки зрения.

Я довольно быстро понял, что накопленный мной опыт может быть полезен на рынке, где ещё многое предстояло создать и модернизировать. Я заметил, что многим компаниям было нужно программное обеспечение, но у них либо не было таких решений, либо они использовали программы, не адаптированные к их реальным условиям. Я не воспринимал это как недостаток. Напротив. Я увидел возможность. Я понял, что разработка программного обеспечения для разных сфер в Республике Молдова не только возможна, но и необходима. Но настоящие перемены пришли несколько лет спустя и, в некотором смысле, благодаря моему собственному бизнесу.

В 2016 году я открыл пиццерию в городе Тараклия. Поначалу я, разумеется, был сосредоточен на ресторанной части. Найти поставщиков, всё организовать, обслуживать клиентов и наладить работу бизнеса. Но прошло совсем немного времени, прежде чем я понял, что эффективно администрировать и управлять таким бизнесом невозможно без программы, которая выполняла бы значительную часть этой работы.

Реальность была довольно простой. Счета клиентов вели на бумаге. Их можно было переписать в любой момент. В учёте выручки быстро возникал хаос. Пользоваться кассовым аппаратом было мучительно. Все эти PLU-коды нужно было запоминать или держать их списки рядом с аппаратом. А остатки в режиме реального времени? Они были почти несбыточной мечтой. Но я умел программировать. И я задумался: если нет программы, которая решит мои проблемы, почему бы мне не создать её самому?

Так появилась первая версия SmartCafé. Она родилась не в офисе, не при участии команды маркетологов, не из сложного бизнес-плана и не из стратегии на следующие пять лет. Она родилась в пиццерии. Я создал программу для себя. Мне нужно было видеть, что происходит с продажами, продуктами, запасами, заказами и деньгами. Мне было нужно, чтобы всё стало проще и лучше контролировалось. И по мере работы над ней я начал замечать кое-что. Моя проблема была не только моей. Очень многие рестораны, кафе и бары сталкивались с точно такими же трудностями. Тогда я понял, что программное обеспечение, созданное для собственного бизнеса, может стать продуктом.

Первые клиенты не заставили себя ждать. Город Кагул сыграл важную роль в нашей истории. Он находится относительно недалеко от Тараклии, и именно там мы нашли первых клиентов, которые поверили в то, что мы делали. Для нас Кагул стал настоящей стартовой площадкой. С этого момента всё начало расти. Один клиент приходил с проблемой. Решение этой проблемы указывало на другую потребность. Затем приходил другой клиент — с другой ситуацией. И, сами того не замечая, мы начали создавать SmartCafé не только исходя из собственного представления о том, что должна включать такая программа, но и опираясь на реальные проблемы людей, которые ею пользовались. Думаю, это одна из причин, по которым продукт так сильно развился. Мы относимся к каждому клиенту индивидуально. У каждого бизнеса есть свои особенности. Каждый владелец работает немного по-своему. В каждой сфере есть свои проблемы. Каждый проект чему-то нас учит. Он помогает нам совершенствоваться, заставляет находить новые решения и развивает нас самих.

Сегодня, примерно через десять лет после начала этого пути, у SmartCafé более 100 клиентов по всей стране. Оглядываясь назад, я нахожу интересной связь между всеми этими этапами.

Я начал в 1995 году в лаборатории в Хунедоаре — с QBasic и компьютеров, мониторы которых нагревали помещение. Затем были Pascal, Windows 3.1, Windows 3.11, Windows 95, конкурсы и олимпиады по информатике. В итоге я разработал программу для моделирования посадки на Марс, которая и сегодня используется на физическом факультете Западного университета Тимишоары.

Я приехал в Республику Молдова, а затем открыл пиццерию. И именно эта пиццерия вернула меня к тому, чем я занимался с детства, — к программированию.

Только теперь я программировал уже не для конкурса и не для университетского проекта. Я программировал для решения реальных проблем.

Чему я научился за все эти годы

Со временем я понял, что хорошая программа не обязательно начинается с кода. Она начинается с проблемы. Нужно понять, что беспокоит человека перед тобой, из-за чего он теряет время, деньги или силы, и только потом задуматься, может ли технология решить эту проблему. Вероятно, это одна из причин, по которым все проекты, над которыми мы работали, отражают то, кто мы есть. Каждый из них что-то значил. Каждый чему-то нас научил. Каждый заставил нас стать лучше.

Сегодня у нас есть ИИ. Значительная часть кода может быть создана с помощью искусственного интеллекта. Иногда ИИ способен написать даже бо́льшую часть кода для определённой функции, но это не означает, что программист стал не нужен. Напротив! Чем мощнее становятся инструменты, тем важнее понимать, что именно ты создаёшь.

Код, созданный ИИ, необходимо понимать, проверять, тестировать и адаптировать. Нужно знать, является ли решение правильным и безопасным, можно ли его поддерживать и действительно ли оно решает проблему, для которой было создано. ИИ меняет профессию программиста. Но не отменяет её!

Что я сказал бы молодому человеку

Если бы я мог на несколько минут вернуться к ребёнку, которым был в 1995 году, и рассказать ему, что его ждёт, он, вероятно, мне не поверил бы.

Не думаю, что кто-то мог бы сказать мне тогда, что программирование, которому я учился в лаборатории с чёрно-белыми мониторами, станет моей профессией и что более чем через 30 лет я буду сидеть перед несравнимо более мощными системами и создавать программное обеспечение, которым пользуются компании в Республике Молдова.

Поэтому, если сегодня молодой человек спросит меня, стоит ли выбирать ИТ, я бы посоветовал ему думать в первую очередь не о зарплате, современных офисах или о том, что он видит в интернете. Пусть он подумает, нравится ли ему разбираться, как всё устроено. Нравится ли искать решения. Способен ли он часами работать над проблемой и не сдаваться, пока не найдёт решение. Потому что, по сути, программирование — именно это. Оно не только о коде. Оно о мышлении, терпении, творчестве и желании что-то создавать.

И я хотел бы сказать им ещё кое-что:

Не ждите идеальных условий, чтобы начать!

Я начинал с компьютера, который сегодня, вероятно, показался бы реликвией. У меня не было современного интернета, не было видеоуроков, не было искусственного интеллекта, способного за несколько секунд объяснить мне проблему.

Но у нас было любопытство, а иногда этого достаточно для первого шага.

Я не знаю, какой станет сфера ИТ ещё через 30 лет. Вероятно, мы даже не можем точно это представить. Но одно я знаю точно: всегда будут существовать проблемы, которые необходимо решать, и люди, которым придётся изобретать решения.

Возможно, один из этих людей — молодой человек, который сегодня ещё не знает, что ему нравится программирование. Возможно, у него просто ещё не было первого компьютера с зелёным экраном. В 1995 году я начинал без карьерного плана. Я начал, потому что мне было интересно увидеть, что может компьютер; это любопытство привело меня от QBasic к Pascal, от компьютера Pentium I к моделированию посадки на Марс, а позднее — к программному обеспечению для бизнеса в Республике Молдова.

Если бы я мог что-то изменить, это, вероятно, не был бы выбор сферы ИТ. Напротив! Оглядываясь назад, я думаю, что решение записаться — почти из любопытства — в детский клуб в Хунедоаре было одним из самых важных решений в моей жизни. И, возможно, это самый простой вывод, которым я могу поделиться с молодым человеком:

Необязательно знать, куда ты придёшь, нужно лишь начать, а затем — сохранять любопытство.”